Андрей Мартынов. "Против своего народа. Как подоить корову стало помощью партизанам" // Независимая 09.02.2022
Товар добавлен в корзину
Оформить заказ

Смотрите также
от

Андрей Мартынов. "Против своего народа. Как подоить корову стало помощью партизанам" // Независимая 09.02.2022

Рецензия на книгу: «Испанская грусть: Голубая дивизия и поход в Россию, 1941–1942 гг. : воспоминания В. И. Ковалевского»
Обычный крестьянин или тайный партизан? Казимир Малевич. На сенокосе. 1929.Повторение картины, исполненной в 1909 году. ГТГ


Писатель Кирилл Хенкин вспоминал, как после смерти Франсиско Франко поехал в Испанию, где в годы Гражданской войны сражался на стороне республиканцев в составе 13-й интернациональной бригады. По дороге из аэропорта мемуарист разговорился с таксистом. Мой отец тоже служил в интербригаде, ответил водитель, она воевала на Восточном фронте и называлась Голубой дивизией.

Вероятно, таксист так грубо ошибся потому, что немало жителей русского зарубежья боролись в годы междоусобицы не только за республику, как его пассажир, но и за противоположную сторону, за Франко. Именно три десятка из них в 1941 году вошли в состав Голубой дивизии (250-й, согласно немецкой номенклатуре), главным образом в качестве переводчиков.

Одним из таких изгнанников оказался Владимир Ковалевский (1892 – после 1973), чьи воспоминания вышли под редакцией Олега Бэйды (Мельбурн) и Шосе Нуньеса Сейшаса (Сантьяго-де-Компостела). Бывший офицер Белой армии теперь служил переводчиком в Голубой дивизии в звании сержанта. 


По признанию Ковалевского, он и другие чины дивизии были уверены, что «уезжали в приятное и непродолжительное путешествие». Но в реальности мемуаристу пришлось столкнуться со стойким сопротивлением Красной армии. Впрочем, больше Ковалевский писал не столько о боях, сколько о настроениях среди испанцев и их поведении на временно оккупированных территориях. 


Публикаторы оговариваются, что целый ряд утверждений в воспоминаниях, касающихся, например, негативного влияния кадров Испанской традиционалистской фаланги (крайне правого политического течения) на профессиональный уровень дивизии или, наоборот, положительных оценок сержантского состава, не всегда подтверждаются сторонними свидетельствами, в первую очередь немецкими, равно как и явно преувеличенные масштабы дезертирства. 


А вот факты грабежей мирного населения и коррупция (в первую очередь в отношении нижних чинов) описаны Ковалевским, напротив, достаточно правдиво и полно. Тем самым он опровергает миф о якобы гуманном поведении испанцев, которое противопоставлялось зверствам, творимым немецкими, венгерскими или финскими военнослужащими. Ведь «то, что невозможно в какой-либо мало-мальски культурной стране, возможно в Испании». 


Переводчик констатировал, что, стремясь получить награды, бойцы Голубой дивизии путем подлогов и фальсификаций нередко пытались обвинить мирных граждан в помощи партизанам. «Баба, только что подоившая корову, была задержана с лоханкой молока в руках и обвинена в сношении с партизанами и их кормлении. Крестьянин, закуривший папироску, с таким трудом приобретенную, был обвинен как сигнализирующий партизанам. Другой, несший на вилах сено для скота, – это партизан, высматривающий свои жертвы». Думается, после этих строк выражение «испанский стыд» уместно в самом прямом смысле.


Объективности ради следует сказать, что Ковалевский не снимал ответственности и с себя: «В большинстве случаев против воли моей я служил скорее орудием зла, чем помощи». Поэтому не нужно идеализировать русских военнослужащих дивизии. Вот взгляд на них самих испанцев: «Хотя мне и не нравятся такие русские, которые сражаются против собственного народа (каким бы тот сегодня ни был), я понимаю или по крайней мере очень хорошо представляю себе чувства этого человека в отношении родины, ее страдающих городов и полей. Или это мне только кажется, что он так переживает?» 


Ковалевский переживал. Правда, большой роли это не играло. Ведь в итоге воевать ему пришлось не с идеологией, как он предполагал, а со страной. Как там у Булгакова: «Народ не с нами. Он против нас. Значит, кончено! Гроб! Крышка!»


Андрей Мартынов


Источник

«Испанская грусть: Голубая дивизия и поход в Россию, 1941–1942 гг. : воспоминания В. И. Ковалевского»

550 руб.
В наличии
Под заказ
Быстрый заказ

Об авторе-составителе: Бэйда Олег Игоревич

Год издания: 2021

ISBN 978-5-4469-1823-2

Под ред. О. И. Бэйды, Ш. М. Нуньеса Сейшаса., перевод с испанского В. Л. Хейфеца

208 страниц, твердый переплет, 221×142 мм, 400 гр, черно-белые иллюстрации

АННОТАЦИЯ

Владимир Иванович Ковалевский был из поколения русских офицеров, так и не закончивших «свою» войну. Пройдя Первую мировую и не приняв революции, Ковалевский оказался среди первых чинов Добровольческой армии, а в 1920 г. ушёл с белыми из Крыма. Затем были служба во Французском иностранном легионе, учёба в Королевстве Югославия и война на стороне генерала Франко в Испании. Летом 1941 г. Ковалевский записался в качестве переводчика в испанскую 250-ю дивизию вермахта, известную как Голубая дивизия, с которой отправился в поход против СССР. На Новгородчине он во всей полноте увидел мрачную картину страданий мирного населения «под испанцами» и пережил надлом, разочаровавшись в иллюзиях и собственной неприглядной роли «чужого среди чужих».

Весной 1942 г. Ковалевский вернулся в Сан-Себастьян, где по горячим следам написал «в стол» эти мемуары, так и не увидевшие свет при жизни автора. В них — несбыточные надежды русского зарубежья, незнакомый взгляд «с той стороны фронта» и метания одиночки, совершившего роковой выбор.

«Белый, синий, красный»: русские эмигранты, 250-я дивизия вермахта и СССР
«Длящееся поражение»: таксисты в чинах
«До странного то же самое»: русские солдаты генерала Франко
«Замок из песка»: белоэмигранты и операция «Барбаросса»
«Немецкие запреты, испанские нужды»: эмигранты в 250-й дивизии
«Паненка мучо кррасива!»: испанцы о русских, русские об испанцах
«Ушедшие натуры»: русские о русских и о себе
«Загадка жизни»: Владимир Иванович Ковалевский
«Сказ о тёмных временах»: русский взгляд на испанскую войну
В. И. Ковалевский. Синяя дивизия и поход в Россию

Часть первая. ПУТЬ
Июнь 1941 г. Сан-Себастьян
Бургос
По дороге в Германию
Лагерь Grafenwöhr (Бавария)
По дороге в Россию

Часть вторая. РОССИЯ
Первые впечатления
Новгород и его окрестности
В окопах
«Главная квартира»
В штабе дивизии
Русские переводчики
2-е отделение Guardia Civil
Охота на партизан
Развязка
Комментарии

Издательство «Нестор-История» представляет вашему вниманию уникальные мемуары Владимира Ивановича Ковалевского — белоэмигранта, человека из поколения русских офицеров, так и не окончивших «свою» войну. Пройдя Первую мировую и не приняв революции, Ковалевский оказался среди первых чинов Добровольческой армии, а в 1920 году ушёл с белыми из Крыма. Затем была служба во Французском иностранном легионе, учёба в Королевстве Югославия и война на стороне генерала Франсиско Франко в Испании. Летом 1941 года Ковалевский записался переводчиком в испанскую 250-ю дивизию вермахта, с которой отправился в поход против СССР.

На Новгородчине он во всей полноте увидел мрачную картину страданий мирного населения «под испанцами» и пережил надлом, разочаровавшись в иллюзиях и собственной неприглядной роли «чужого среди чужих». Весной 1942 года Ковалевский вернулся в Сан-Себастьян. Пройдя пять войн, более всего он был шокирован именно последней, о которой и написал «в стол» свои мемуары.

При жизни автора этот текст так и не увидел свет.

Многие удивятся: что вообще мог забыть в чужой армии русский эмигрант, тем более в армии, что вела столь беспощадную войну на уничтожение? Как вообще русские оказались в Испании, чем жила эмиграция и какую роль сыграла в той гражданской войне? Почему автор и ему подобные оказались на «той стороне» в 1941 году и какие мысли проносятся в голове у окончательно заплутавшего человека — ответы на эти вопросы вы найдёте в книге.

Машинопись была выявлена в США в архиве Гуверовского института при Стэнфордском университете. Редакторы-составители написали вступительную статью и тщательно откомментировали сам текст. Для работы были привлечены материалы более 25 хранилищ и библиотек из 8 стран. Книга вышла в Испании весной 2019 года, на волне дискуссий о переносе праха каудильо. Достаточно быстро начали поступать отзывы, притом полярного свойства — кто-то хвалил эту работу, а кто-то остался недоволен и обвинял редакторов в фальсификации.

Почему же так? В расколотой исторической памяти в Испании бытует образ «добрых оккупантов». Фактически это местный извод мифа о «чистом вермахте» — усечённом представлении об истории Второй мировой, созданном германскими генералами после 1945 года. Суть проста: всё плохое сделали Гитлер и СС, вермахт вёл «честную войну» и не был повинен в преступлениях. В испанской версии этого мифа легионеры рисуются военными профессионалами, благородно обращавшимися с местным населением. Однако документы свидетельствуют, что немцы нередко были невысокого мнения о выучке испанцев, а к населению южане относились лишь немногим лучше регулярных германских или коллаборационистских частей. Мемуары Ковалевского, служившего в тех же рядах, рисуют очень контрастную картину испанской оккупации Новгородчины, полярно противоположную рассказам ветеранов о сердечности и благородстве в чёрную годину войны.

Теперь эта книга теперь выходит в России — и это логичный шаг. Российский читатель получит качественно иной труд: удалось устранить неизбежные компромиссы перевода, углубить фактологию и найти новые источники. Редакторы-составители постарались сделать книгу доступной широкому кругу читателей. Тем не менее чтение потребует вдумчивости и глубины взгляда. Многослойна и картина, нарисованная Ковалевским, и само положение автора, видящего, как тают его последние иллюзии, и всё глубже осознающего, какую же ошибку он совершил.

Корпя над этим текстом в конце 1940-х годов, Ковалевский думал не об испанцах, с которыми сжился, но которых не полюбил. Оправдания своим действиям он не искал и определенно терзался чувством вины. Адресатом его воспоминаний были и эмигранты, и далёкие соотечественники, а питало его желание излить свои чувства и надежда, что его глас всё же когда-то услышат — быть может, не примут, но услышат. Итак, перед вами ещё одна страничка из истории России в изгнании — очень откровенный рассказ о несбыточных надеждах русского зарубежья и германо-испанской оккупации.