Санкт-Петербург: +7 (965) 048 04 28, booknestor@gmail.com
Москва: +7 (499) 755 96 25, nestor_history_moscow@bk.ru

В наличии

700
 

1505

Киянский И. А. Прогулки по тонущему архипелагу ISBN 978-5-4469-1766-2

Автор
Киянский И. А.
Дата публикации.
03.06.2020
Иллюстрации
черно-белые и цветные
Количество страниц
520
Дата публикации...
03.06.2020

Иллюстрации

Киянский И. А.
Прогулки по тонущему архипелагу / И. А. Киянский. — СПб. : Нестор-История, 2020. — 520 с., ил.
ISBN 978-5-4469-1766-2

Автор этой книги — Иван Алексеевич Киянский — известный физик-металловед, лауреат Государственной премии, заслуженный изобретатель СССР. Помимо научных работ, опубликовал ряд художественных произведений.

Родился на Харьковщине в крестьянской семье. Отец ушел на фронт, а вскоре герой книги, вместе с матерью и четырьмя сестрами, оказался в зоне оккупации — на три голодных и долгих года. Детский взгляд точен, рассказ о той жизни далек от стереотипов. После освобождения — тоже голод, послевоенная разруха. Вокруг села — поля и овраги, где шли бои, там еще оставались оружие и боеприпасы. За ними охотились мальчишки, выменивающие у городских рыбаков-любителей выплавленную из снарядов взрывчатку на хлеб и табак, универсальную тогда валюту. Промысел рискованный, игры тоже: взрывы, гибель друзей, тяжелая контузия. И выздоровление стараниями знахарки.

Однако сельскую школу сын сержанта-инвалида окончил с медалью, поступил на физико-технический факультет Харьковского университета. После выпуска — секретные лаборатории: молодой ученый буквально в центре подготовки компонентов водородной бомбы. Не все его коллеги дожили до старости. Далее — Москва, аспирантура, и уже другие области исследования, которые ныне именуются нано-технологиями.

Новая увлекательная книга — не только о детстве, оккупации, послевоенной деревенской жизни, быте школы, университета, научных учреждений. Главное, в ней — азарт исследовательской работы, открытий, любовь к жизни во всех ее проявлениях.

 

Ознакомительный фрагмент

 

 

Оглавление
От автора

Глава 1. Университеты детства
1.1. Рожденные выжить…
1.2. Жизнь и приключения Алексея Киянского
1.3. Пока живу — помню… (из воспоминаний моей сестры Любы)
1.4. Военные тайны детства
1.5. Баллада о торбочке
1.6. Хорошо в Африке зимой…
1.7. Праздник меда — для народа
1.8. Солдат и смерть
1.9. Страницы без названия (из дневников Любы)
1.10. Поиски места в новой жизни
1.11. Праздник Машиной песни
1.12. На руинах Сталинграда
1.13. Крестные отцы

Глава 2. За этим поворотом — еще один, но покруче
2.1. Несколько слов о пиротехнике
2.2. Легко ли затормозить на скользкой дорожке
2.3. Книжный голод — это совсем не страшно
2.4. О велосипеде, который лучше «Мерседеса»
2.5. Буйные ветры увлечений
2.6. В гостях у Парижской Богоматери
2.7. Почти мужские разговоры о дружбе и любви
2.8. О местных особенностях национального вопроса
2.9. По дороге взросления
2.10. Шипы среди комсомольских лавров
2.11. Ирония судьбы или воля случая…
2.12. Выхожу один я на дорогу
2.13. Пути и перекрестки

Глава 3. Перелистывая самоучитель жизни…
3.1. Первые студенческие страдания
3.2. Невидимые герои физтеха
3.3. Еще один университет, на этот раз — колхозный
3.4. Свист, Ермак и другие
3.5. Шальные деньги в руках дилетанта
3.6. Несколько вариантов интернациональной дружбы
3.7. Сказание о голубых лошадях
3.8. Фантом обиды
3.9. Мысли и запахи
3.10. На перекрестках желаний и возможностей
3.11. Короткая остановка на танковом заводе
3.12. Не спеши, паровоз…
3.13. В преддверии новой жизни

Глава 4. Куда ведет прямая дорога
4.1. Незваный гость — это хорошо или плохо?
4.2. По прямой дороге — прямо в неизвестность
4.3. Рабы на галерах, или негры на научной плантации
4.4. Под черными тучами обиды
4.5. Снова на перепутье
4.6. Через тернии — и снова в тернии…
4.7. Когда кривые линии пересекаются…
4.8. У аспиранта век недолог…
4.9. О сыне чекиста замолвите слово
4.10. А иногда в жизни случаются светлые полосы…
4.11. Возвращение на землю

Глава 5. Крушений без потерь не бывает
5.1. Моряк вразвалочку сошел на берег
5.2. Поймать попутный ветер
5.3. Коктебель, море и «Кони» Высоцкого
5.4. Хороша страна Болгария
5.5. Дрезден — город контрастов
5.6. На широкой столбовой дороге
5.7. Море зовет…
5.8. Здесь мой дом родной
5.9. Перестройка и ее жертвы
5.10. Под руинами и развалинами бывшей науки

Глава 6. На грани законов и понятий
6.1. Снова на перепутье дорог и тропинок
6.2. Поиски «чистого» бизнеса
6.3. Первое знакомство с потоком времени…
6.4. Кривая дорога в Саяны
6.5. Как провожают пароходы…
6.6. Несколько слов о «железном Платинуме»
6.7. В сетях взаимозачетов…
6.8. Когда банкиры плачут…
6.9. А у нас и Сукачев может стать Путиным…
6.10. Встреча с таинственным монахом
6.11. Социальные программы — это почти «бизнес»…

Вместо эпилога

 

От автора
…Но памяти моей архипелаг
Из волн небытия упрямо возникает.
(возможно, Плутарх)

Уважаемый читатель!

Как человек, уже позабывший многое из того, чем была наполнена его промелькнувшая жизнь и о чем неплохо было бы вспомнить на затянувшемся досуге, автор иногда задает себе один и тот же вопрос, на который у него не находится, да, наверное, и не найдется ответа. Этот вопрос кому-то может показаться простым, хотя таковым он и не является, поскольку касается тайных струн нашей собственной души. А его суть сводится к довольно неутешительному наблюдению: почему это в нашем сознании всплывают, казалось бы, самые незначительные жизненные события, удивительным образом закрепившиеся на мелких островках памяти, и совершенно необъяснимым путем исчезают целые блоки информации, в былые, причем даже в не очень давние, времена заполнявшие сознание незыблемыми островами, возможно, даже целыми архипелагами услужливой памяти? Может быть, это Всевышний по своему разумению фиксирует в душе человека воспоминания о некоторых жизненных событиях и фактах, которым человек в своей обычной суете не придал особого значения, но которые как раз и определили его дальнейшую судьбу? А может, это крупные блоки памяти (архипелаги!) не смогли найти себе место в ее информационных ячейках, чтобы на длительное время закрепиться в человеческом сознании, захлебывающемся от избытка современной, но такой второстепенной и не очень нужной информации? Спросить бы у кого-нибудь...

А если у Вас появилось намерение слегка пролистать этот опус или хотя бы заглянуть за его титульный лист, автор заранее готов ответить еще на один вопрос, который, возможно, возникнет у Вас как человека, которому еще предстоит долгая жизнь и счастливая судьба: «А зачем это автору понадобилось вспоминать свою, уже давно прожитую, жизнь?» Как говорится, интересный  вопрос…

Вряд ли я смогу ответить на него достаточно внятно и при этом еще и коротко — в историческом плане наши личные человеческие жизни не интереснее и не длиннее, чем жизни мушек-дрозофил в известных опытах наших славных ученых-генетиков, а сюжеты этих жизней никак не тянут на эпическое художественное произведение. Наш жизненный, в том числе и детский, опыт, накопленный при удивительном советском строе, вряд ли уже пригодится кому-то, ведь столь глобальные эксперименты над огромными массами людей в необъятной стране повторить невозможно.

Может быть, эти личные воспоминания о такой короткой жизни, уже пролетевшей через наши тела и души, жизни обычной, серийной и в то же время только нашей, единственной, уготовленной только для нас космическим разумом, коммунистическими вождями и нашими родителями, интересны нам самим, чтобы хоть на один шаг приблизить нас к осознанному ответу на вопрос о смысле нашего земного бытия?..

А может быть, дело в том, что очень скоро вместе с нами отойдет в иные миры и неповторимая мозаика жизни всего нашего потерянного в джунглях войн и взаимной ненависти поколения строителей и разрушителей коммунистического земного рая, покорителей и рабов загадочного Космоса, с рождения впитавших в себя бравурную музыку стремительного полета и страшные звуки беспощадной борьбы за выживание? Тем более что эта мозаика составлена нашей общей судьбой из невзрачных цветных стекляшек — обычных жизней реальных людей, друзей и врагов, людей добрых и не очень, тех, кто жил рядом или за тридевять земель, но так же, как и мы, мечтал о достойной человеческой жизни во всех ее проявлениях. И пока не провернулся калейдоскоп судьбы нашего поколения, простенькие стекляшки наших простых жизней могут быть уместными в этой неповторимой мозаике человеческих судеб среди миллионов им подобных…

Ведь только воспоминания о событиях, на длительное время определивших нашу судьбу и судьбы наших близких и каким-то образом сформировавших устои нашей жизни в обществе себе подобных, возвышаются над волнами памяти как безвестные и хрупкие, наполненные светом и тьмой, острова. Только им суждено сохранить для нас — хозяев этого невидимого постороннему взгляду архипелага основные жизненные ценности, предоставленные всем нам судьбой в долгосрочную аренду только для того, чтобы каждый смог определить для себя границы своих внутренних владений, раскинувшихся между точками «я» и «мы».

И лишь закрепив пересыхающий ручеек воспоминаний на островках памяти, можно не только увидеть самого себя в джунглях собственных эмоций и амбиций, но и по-новому взглянуть на мысли и действия тех, кто в этой жизни был рядом с тобой, был частицей твоего «я», помогал тебе всплыть или окончательно утонуть в трясине будничной жизни, чем, несомненно, помогал обществу в целом… Понять, как сложен окружающий нас мир, почувствовать, как слишком быстро пролетело время, отпущенное Всевышним на удовлетворение нашего природного любопытства, и как многое в этой жизни нам хотелось, но не удалось, достичь и попробовать!

Интересно было бы уяснить, наконец, кто же мы, откуда и зачем пришли в этот мир? Кто и зачем поручил нам прожить эту полную невзгод и страданий земную жизнь, лишь слегка сдобренную позолотой успеха и пьянящими запахами свершений? Кто и по каким критериям оценит завтра смысл и целесообразность прожитой нами жизни и что мы сегодня сможем рассказать своим детям о жизни в этом прекрасном и безумном мире?

Остается единственная надежда, что нашим детям, которые, несомненно, будут умнее и любопытнее нас, Вселенский разум все-таки явит чудо и приоткроет свои величайшие тайны — тайну земного бытия, тайну человеческой души и тайну душевной боли, тайну Земли и тайну Космоса! Эти божественные откровения до неузнаваемости изменят внутренний мир людей Будущего — основу их взаимоотношений с братьями по разуму, с Природой, Богом и Вселенной. Конечно, жаль, что наша дряхлеющая телесная оболочка не позволит нам дожить до этого момента высочайшего просветления и торжества разума, но вера в светлое будущее наших детей никогда не оставляла нас в самые критические моменты жизни, помогала в минуты неверия и неведения.

Как прожили мы свою (каждый свою и в то же самое время — нашу, общую!) жизнь, судить не нам. Пришедшие вслед за нами легко смогут увидеть наши врожденные (все-таки наше поколение вышло из «горнила» строителей коммунизма!) и приобретенные (сегодня мы — бывшие нерадивые строители социализма так же нерадиво строим капитализм) недостатки, наши слабости и дурные наклонности, нашу одаренность и наше невежество, а также сумеют подсчитать упущенные нами возможности. Но это будет уже после нас. А мы распорядились своей жизнью по своему разумению, которое, по большому счету, как раз и было продиктовано судьбой. И с уходом из этой жизни конкретно каждого из нас и всех тех, кто был в этой жизни рядом с нами, вернее, тех, с кем рядом мы прожили нашу общую часть своей жизни, что-то в этом мире обязательно изменится, заиграет новыми, неведомыми красками, среди которых уже может и не оказаться тех, кто радовал наши глаза и согревал наши души. Это будет все тот же прекрасный мир живых людей, но это уже будет другой мир.

Господа, товарищи, друзья! Присмотритесь сегодня, сейчас к миру, к себе, к нам! Ведь калейдоскоп нашей жизни уже завтра провернется вокруг невидимой оси времени, и хитроумная мозаика наших и ваших судеб в этом мире уже никогда не повторится вновь! Запомните нас такими, какими мы были рядом с вами, а мы постараемся в своих воспоминаниях о своей жизни показать хотя и невидимую, но неразрывную, скрепленную цементом будней, мечты и надежды, связь наших и ваших личных судеб с тем ужасным и интересным мгновением жизни огромной страны, которое, собственно, и составило жизненный калейдоскоп нашего уходящего поколения…

При изложении материала, касающегося такого далекого и не менее сурового периода жизни нашей семьи, в котором я по малолетству еще не мог принимать осмысленного участия, мною использованы воспоминания моей самой любимой сестры Любы, точнее, Любови Алексеевны Киянской (Сергиенко), сохранившиеся в ее дневниковых записях, на использование которых я получил безусловное разрешение.

110

Cookies помогают нам улучшить наш веб-сайт и подбирать информацию, подходящую конкретно вам.
Используя этот веб-сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем coockies. Если вы не согласны - покиньте этот веб-сайт

Подробнее о cookies можно прочитать здесь