Академик А.Д. Ноздрачёв о книге: Басаргина Е.Ю. Проекты академической реформы 1855-1917 гг. СПб. : Нестор-История, 2013. - 216 с.

Сегодня история Академии наук вызывает не­бывалый общественный интерес. Это неудиви­тельно, ведь старейшее научное учреждение Рос­сии, 300-летие которого не за горами, претерпевает невиданную по масштабам и непредсказуемости последствий реформу. Аналогичное потрясение Петровская академия пережила в 1841 г., когда во­лей императора Николая I к ней была присоеди­нена Российская академия наук, созданная Ека­териной II в 1783 г. и объединившая учёных и ли­тераторов для исполнения "приятного подвига" издания академического словаря и создания грамматики русского языка. Вначале она пользо­валась всеобщим уважением, но на закате своего существования утратила былое величие. Поводом к преобразованию послужила смерть президента Российской академии — литературного "старо­вера" и дилетанта в филологии адмирала A.C. Шишкова.

Российская академия вошла в состав Акаде­мии наук в виде Отделения русского языка и сло­весности. Реформа объяснялась необходимостью усилить её научное значение, однако были и практические соображения: Российская акаде­мия владела ценной недвижимостью и имела большие сбережения. В результате реформы она лишилась всего имущества, более того, её быв­шие члены, возведённые в ранг академиков Ака­демии наук, в отличие от других её действитель­ных членов, не получали ни жалованья, ни пен­сий. Ненормальное положение членов Русского отделения, как его называли сами академики, обособленность от двух других отделений — фи- зико-математического и историко-филологиче­ского — неоднократно побуждали академиков принять новый устав академии и покончить с ма­териальной дискриминацией членов Русского от­деления.

В 1855—1917 гг. предпринималось несколько попыток провести академическую реформу, под которой понимались пересмотр устава, расшире­ние деятельности Академии наук и усиление её роли в культурной жизни страны.

Анализу формирования законодательной базы деятельности высшего научного учреждения Рос­сии и посвящена новая книга Е.Ю. Басаргиной. Работа является плодом многолетних профессио­нальных занятий историей отечественной науки: автору принадлежат монографии "Русский архео­логический институт в Константинополе: Очерки истории" (СПб., 1999), "Вице-президент Импе­раторской Академии наук П.В. Никитин" (СПб., 2004), "Императорская Академия наук на рубеже XIX - начала XX в. (Очерки истории)" (М., 2008), "Ломоносовская премия — первая государствен­ная премия в России" (СПб., 2012).

Рассматриваемая книга открывает новый этап в изучении российской государственной полити­ки в области науки. Несмотря на то, что тема ис­тории подготовки и утверждения академических уставов хорошо разработана и широко представ­лена в историографии, Е.Ю. Басаргиной удалось на основе архивных документов по-новому осве­тить разнообразные аспекты планировавшейся в 1855—1910-е годы, но так и не состоявшейся ака­демической реформы. В работе даётся общий об­зор основных этапов реформы, которые пред­ставлены как непрерывная цепь попыток изме­нить и модернизировать Академию наук. Автор весьма компетентно освещает направления пред­полагавшейся реформы, затрагивавшей круг дея­тельности Академии наук, её структуру, учре­ждения, издательскую деятельность, статус действительных и сторонних членов, становле­ние премиальной системы.

Каждый раз во время обсуждения проектов но­вого устава вскрывалась главная причина бед Академии наук — хронический недостаток фи­нансирования. Именно неизбежность значитель­ного увеличения бюджетных ассигнований на академическую науку становилась непреодоли­мым препятствием на пути осуществления ре­форм в полном объёме. В результате Устав Импе­раторской Санкт-Петербургской Академии наук, утверждённый 8 января 1836 г. Николаем I, был самым долговечным нормативным документом за всю её почти 300-летнюю историю. С некото­рыми изменениями, внесёнными после Февраль­ской революции 1917 г., он продолжал действо­вать вплоть до 1927 г. и не утратил силу даже в то время, когда Академия наук перестала быть Им­ператорской и Санкт-Петербургской.

Академическая форма организации науки в России подтвердила свою жизнеспособность и значимость заложенных в её основу принципов деятельности. Сохранив в неприкосновенности главные устои академической жизни, без корен­ной ломки Устава, Академия смогла решить це­лый ряд стоявших перед ней задач. В книге убе­дительно показано, что важным стимулом к преобразованиям становились проводившиеся в академической среде обсуждения проектов но­вого Устава.

Полнота и основательность исследования Е.Ю. Басаргиной потребовали глубокого изуче­ния всех доступных материалов — не только тра­диционной исторической и историко-научной литературы, но и многочисленных архивных ис­точников, главным образом из Санкт-Петербург­ского филиала Архива РАН, которые, насколько мне известно, автор впервые вводит в научный оборот.

Книга отличается солидной фактологической базой, что нашло отражение в приложении, где помещены основополагающие документы, кото­рые регламентировали деятельность Академии наук в рассматриваемый период, в том числе пять проектов нового академического Устава.

Изучение и публикация академических уста­вов с давних пор является прерогативой Архива

РАН (последнее издание вышло в свет в 2009 г.: Уставы Российской Академии наук. 1724—2009. М.: Наука, 2009). Книга Е.Ю. Басаргиной, издан­ная в серии "Ad fontes. Материалы и исследования по истории науки" Санкт-Петербургского фили­ала Архива РАН, поддерживает и развивает сло­жившуюся традицию.

Книгу предваряет эпиграф — выдержка из за­писки президента Академии наук Д.Н. Блудова министру народного просвещения A.B. Головни- ну: "Для мыслящего человека необходимость Академии наук не может быть предметом сомне­ния или вопроса. Отсутствие первенствующего учёного учреждения, равно как и университетов, невозможно в государстве просвещённом". Вер­ность этих слов, сказанных в 1863 г., и сегодня вряд ли кто может поставить под сомнение.

Труд Е.Ю. Басаргиной является ценным вкла­дом в историческую науку, и я уверен, что она бу­дет лежать на рабочем столе каждого историка науки, а также нынешних реформаторов Россий­ской академии наук.

А.Д. НОЗДРАЧЁВ, академик, Санкт-Петербургский государственный университет a.d.nozdrachev@mail.ru